В широком плане концепция перехода к рыночной эконо­мике включает: цели и задачи экономической реформы; ос­новную идею и составные элементы преобразований; используемые методы с учетом их взаимосвязи и последовательности проведения; этапы реформирования. Концепция — это основ­ной замысел экономической реформы, охватывающий ее важ­нейшие стороны: цели, программу, механизм преобразований. Концепция предполагает решение как тактических, так и стра­тегических задач. Конкретные решения и преобразования вы­текают из существа концепции, согласуются с ней. Реализация  принимаемых решений помогает полнее оценить обстановку, уточнить основные направления преобразований, при необходимости скорректировать замысел, главную идею, ее составляющие.

концепция формируется на основе тщательного анализа тенденций социально-экономического решения, анализа полити­ческой и экономической обстановки. При этом принимаются во внимание многие факторы, в том числе авторитет власти, наличие организационных предпосылок, степень доверия и под­держки различных слоев населения, возможность использова­ния внешней помощи, состояние потребительского рынка, раз­меры валютных резервов, товарных запасов, наличие соответ­ствующих фондов для поддержки малообеспеченных слоев населения.

Практика хозяйственного развития подтвердила, что замысел реформы должен включать не только программу (целевые ори­ентиры, методы и рубежи преобразований), но и механизм реализации программных задач, формирования организацион­но-правовых и экономических рычагов перехода к рыночным отношениям.

Но именно механизм, конкретные формы, инструменты, ры­чаги социально-экономических преобразований, их взаимо­связь, последовательность, вероятные сроки не были разрабо­таны, оставались своего рода загадкой. Вместо разработки и обоснования реальных мер применительно к условиям россий­ской действительности предлагался набор деклараций и общих принципов, отнюдь не способных прояснить дело.

Среди рецептов, выдвигавшихся западными экспертами, предлагалось использовать какой-либо из апробированных ва­риантов, к примеру чилийский или польский. Настойчиво упи­рал на опыт реформирования польской экономики Дж. Сакс. По этому поводу директор Венского института международных сравнительных экономических исследований И. Гацари не без оснований заметила, что стремление копировать в экономиче­ском развитии “польскую модель” не только не состоятельно, но и по своей сути чревато, прежде всего для России, серь­езными последствиями. Не случайно сами поляки говорят: вме­сто “шоковой терапии” их страну постиг просто “шок” без всякой терапии.

Советы и рецепты декларативного плана (типа “реформа должна быть всеобъемлющей”, “для успеха нужна политиче­ская стабильность”, “сокращение бюджетного дефицита — за­лог стабилизации”), как и призывы “пересадить” на российскую почву чужую модель, свидетельствовали об отсутствии дейст­вительной программы как у советчиков, так и у реформаторов.

Серьезные и ответственные аналитики отмечали абстрактность и практическую непригодность неоклассической теории общего экономического равновесия, иллюзорность модельных построений, “близорукость” сторонников маржиналистского “предельного анализа”.

Приведем некоторые выдержки из уже цитировавшейся статьи А. Ноува: “К термину "предельный" нужно относиться с осторожностью, и когда большинство фирм не соотносят (а во многих случаях не могут соотнести) свои цены с предель­ными издержками, бесполезно учить коллег в бывших соцстра-нах брать на вооружение подобный подход в ценообразовании”8.

Ноув напоминает, что инвестиционная деятельность несов­местима с принципом общего равновесия, с совершенной кон­куренцией. “Крупномасштабные инвестиции всегда порождают то, что называется несовершенством рынка: устанавливается по крайне мере временное доминирование, часто поддержива­емое правительством, реализуются долгосрочные соглашения с поставщиками и потребителями и т. п. А в неоклассических учебниках утверждается, что чем ближе мы к совершенной конкуренции, тем лучше. Такая посылка неадекватна в аспекте инвестиций”9.

“Экономический рост и технический прогресс находятся в зависимости от перераспределения сбережений на долгосроч­ные производственные цели”10. Важно изучить процессы фор­мирования банковской системы и других институтов, поскольку неоклассики молча предполагают, что рыночные силы уже со­здали оптимальную институциональную структуру. Нам ее еще предстоит создать и отрегулировать.