С конца XIX в., т. е. несколько позже, чем в передовых странах, российский капитализм начинает переходить на стадию империализма. Как и в других странах, империализм в России имел свои особенности. Исходя из этих особенно его принято относить к типу "военно-феодального".

Феодального — потому что и в этот период в стране хранились существенные пережитки феодализма. Сохранял царизм — монархия, отражавшая интересы дворян. Экономически господствующая буржуазия политической власти не и находилась в оппозиции. В сущности, после реформ 60-х XIX в. царизм стал анахронизмом. Дворянство оставалось привилегированным сословием. Буржуа считались людьми втор сорта.

К феодальным пережиткам принято относить и помещичье землевладение. Однако его удельный вес был значительно меньше, чем, например, в Англии, где фермеры оставляли арендаторами земли лендлордов.

Российский империализм принято называть военно-феодальным, потому что царское правительство, в отличие западных стран, усиленно вмешивалось в хозяйственную: опекало капиталистов, занималось промышленным предпринимательством. Несомненно, в какой-то степени это делалось в военно-политических целях: чтобы не отставать от Запада производству оружия, государство, не надеясь на силы буржуазии, строило военные заводы. Но, как мы знаем, государственное предпринимательство было характерно для России в предшествующий период. Поэтому, может быть, правильнее называть российский империализм не военно-феодальным, а государственно-феодальным.

В отличие от западных стран в России был большой дарственный сектор хозяйства. В его состав входили Российский государственный банк, 2/3 железных дорог, огромный. Земельный фонд, в том числе 60% лесов много промышленных предприятий

Вмешательство государства в хозяйственную жизнь опека буржуазии ослабляли эту буржуазию. Она привыкла на­деяться не столько на собственные силы, сколько на помощь царизма. Высокие покровительственные пошлины защищали ее от конкуренции с капиталистами других стран, казенные заказы были дополнительным источником доходов. Не имея опыта управления страной, буржуазия и в этом привыкла на­деяться на царское правительство.

Из-за своей слабости русская буржуазия не могла освоить колонии, т. е. национальные окраины России, не могла запол­нить их рынки своими товарами, как это делала, например, английская буржуазия. Но русский капитализм был достаточ­но развитым, чтобы втягивать народы окраин в товарное обра­щение, дать начальный толчок развитию капитализма у этих народов. А когда там появлялся свой капитализм, окраина на­чинала развиваться быстрее самой России. Так получилось с Закавказьем, которое из отсталой окраины превратилось в промышленный район. А западные окраины — Польша, При­балтика, Финляндия — не только не стали колониями, но даже экономически использовали Россию как источник сырья

и рынок сбыта.

Слабость русской буржуазии была причиной засилья ино­странного капитала в стране. Русская буржуазия не могла полностью освоить российский рынок, наполнив его своими товарами. Возникал вакуум. В этот вакуум устремлялся иност­ранный капитал, заполнял его и тем самым тормозил разви­тие русского капитализма.