Как уже сказано, сельское хозяйство пострадало от войны больше, чем промышленность. Кроме потерь от прямого уничтожения имущества колхозов и совхозов на оккупированной территории, сократилось поголовье скота, понизилась техническая база. Но особенно острый недостаток деревня испытывала в людях: миллионы колхозников погибли на фронта а значительная часть демобилизованных осели в городах. В 1945 г. страна получила лишь 60% довоенного количества сельскохозяйственной продукции.

В 1946 г. сельское хозяйство пострадало от сильной засухи. Обострились продовольственные трудности: в 1947 г. люди питались хуже, чем в военные годы.

Довоенный уровень сельскохозяйственного производства был восстановлен в первой половине 50-х гг., т. е. значительно позже, чем в промышленности. Но этот восстановленный уровень был в то же время уровнем сельского хозяйства царской России накануне Первой мировой войны. Зерна теперь собира­ли 88 млн т в год (в России накануне войны — 86 млн т). Круп­ного рогатого скота в первой половине 50-х гг. было 56—57 млн голов (в 1916 г. 58,4 млн голов). Мяса в стране производилось 5 млн т в год (столько же в 1913 г.).

Правда, в это время были достигнуты успехи в меха­низации. К началу 50-х гг. число тракторов выросло, по срав­нению с довоенным, в 2 раза, а зерновых комбайнов — в 2,5 раза. Но и сам процесс повышения технического уровня сельского хозяйства был однобоким. Механизировались так на­зываемые "основные полевые работы": вспашка, сев, уборка урожая и молотьба зерновых, а животноводство, производство технических культур, картофеля и овощей были почти не зат­ронуты процессом механизации, Если перечисленные "основ­ные полевые работы" теперь были механизированы уже на 80—90%, а не на 50—60%, как перед войной, то уборка ль­на — только на 30%, а картофеля — на 10%. При этом под техническим прогрессом понималась именно механизация, а производство удобрений, мелиорация оставались в стороне от этого процесса. Между тем машины не могут повысить уро­жайность, они лишь сокращают затраты живого труда.

Итак, сельское хозяйство находилось в застое. Личные приусадебные хозяйства, которые занимали ничтожную долю земли, в 50-х гг. дали 70—75% продукции животноводства. Было очевидно, что в сельском хозяйстве административные ме­тоды управления приносили особенно много вреда, поэтому и реформы в этой отрасли хозяйства начались раньше.

Были приняты меры, чтобы разбудить инициативу кол­хозников, чтобы они почувствовали себя хозяевами производ­ства. Поскольку "Устав сельскохозяйственной артели" ограни­чивал самостоятельность колхозов и инициативу колхозников, теперь специальным партийно-правительственным решением колхозникам было предложено самим дополнять и изменять отдельные пункты устава.

Было принято решение об изменении порядка пла­нирования. Центральные государственные органы теперь дол­жны были планировать только заготовки сельскохозяйствен­ной продукции, т. е. определять, какое количество продукции колхозы должны сдать государству. А планы сельскохозяйственного производства должны были составлять сами совхозы, и тем более — определять порядок и сроки проведем сельскохозяйственных работ. Однако это решение по ряду обстоятельств уже было проведено в жизнь.

Чтобы восстановить принцип материальной заинтересованности, стали повышать заготовительные и закупок цены. Эти цены были ниже стоимости, т. е. были явно убыточ­ны для колхозов. В 1953 г. во многих колхозах производство центнера картофеля обходилось в 40 руб., а его заготовительная цена составляла 3 руб. В 1953 г. эти цены были повышены причем если прежде были две категории цен — заготовительные и закупочные, то теперь были установлены единые закупочные цены, по которым должна была сдаваться государству вся колхозная продукция. Заготовительные цены на скот повышались в 5,5 раза, на картофель — в 2,5 раза. Закупочные, цены, которые прежде были значительно выше, повышались сравнительно немного — на 30—50%. Потом, в течение 50-х гг., цены повышались и корректировались дополнительно.

Значительную роль в усилении самостоятельности колхозов сыграла реорганизация МТС. Необходимость существования МТС прежде объяснялась, в частности, тем, что техники не хватало и государство не могло обеспечить этой техникой все колхозы. Но теперь техники для полевых работ было уже достаточно, а МТС из технических баз превратились в органы по управлению колхозами. Поскольку основные полевые работы были механизированы, их выполняли работники МТС. Они пахали, сеяли, убирали урожай. Но они были государственными организациями, подчинялись не колхозам, а государству, от государства получали директивные распоряжения о проведении работ. Уже этим обстоятельством хозяйственная самостоятельность колхозов сводилась на нет. К тому же именно при МТС теперь находились и специалисты сельского хозяйства — агрономы, зоотехники и т. д.

Поэтому в 1958 г. было принято партийно-правитель­ственное решение закрыть МТС, а технику продать колхозам. В колхоз же переходили и механизаторы, и специалисты в области сельского хозяйства. А МТС были реорганизованы в РТС (ремонтно-технические станции), в технические базы по ремонту колхозной техники. Колхозы, однако, не смогли расплатиться за полученную технику, и в 1965 г. задолженность колхозов государству была списана.

Следует заметить, что реформы 50-х гг. касались в ос­новном колхозов. Совхозы, в распоряжении которых находи­лась, приблизительно, 1/3 сельскохозяйственных угодий, эти­ми реформами были затронуты слабо.

В 50-х гг. началось и освоение целинных земель — после­дний крупный шаг экстенсивного роста сельского хозяйства страны. За короткий срок было освоено около 40 млн. га земли, в основном в Казахстане, причем в первые годы целинные земли давали до 40% государственных заготовок зерна.