Миллиардер из «Тысячи и одной мочи»

Трудно найти большего миллиардера, чем султан Брунея. Он миллиардер до кончиков ногтей, не­смотря на то, что внешне скорее напоминает унтер-офицера индийской армии, чем пышного и толстого магараджу, как их изображают в комиксах. Затяну­тый в безупречно сидящий на нем мундир, на агато­во-черных волосах плоская фуражка, украшенная сверкающей кокардой, - его величество Муда Хассанал болкиях сохранил после курса наук в Королевской военной академии Сендхерста маниа­кальную приверженность к аккуратности в одежде н механическую поступь. Но на этом для него влияние Запада и заканчивается.

Что же касается богатства и образа жизни, то султану Брунея отнюдь не свойственна стыдливая робость, которую так или иначе испытывают все ев­ропейские миллиардеры. Он открыто купается в роскоши, которую обеспечивают ему нефтедоллары, и, по-видимому, не испытывает ни малейшей нелов­кости-во всяком случае, не выражает ее внешне- перед лицом гигантского океана нищеты, среди которого затерялся его маленький султанат. Но, собственно говоря, почему он должен испытывать эту неловкость? Разве нефть и газ не являются дарами Аллаха?

ООН

В январе 1984 г. султа­нат добился независи­мости и стал пятвдесят девятым государством в составе ООН.

•              Мелкие радости

И вот наш супермиллиардер, владелец черного зо­лота, предается своим любимым занятиям без ма­лейших упреков совести, и на радость читателям массовой западной прессы, которым очень нравит­ся, что где-то там, в этом огромном мире, за преде­лами их блеклой повседневности, еще сушествуют сказочные страны и пещеры Али-Бабы.

Муда Хассанал болкиях обладает всем, о чем мечтают читательницы женских журналов. Умерен­ный магометанин (а что касается внешности, то, если бы не смуглый цвет лица, он сошел бы за уро­женца Запада!), он не одобряет фанатизма иного айатоллы и имеет всего-навсего двух жен, что весь­ма разумно со стороны человека, который мог бы позволить себе завести самый перенаселенный из всех исламских гаремов!

Если в отношении женщин он достаточно сдер­жан (хотя надо сказать, что обе его жены очень, очень красивы!}, то в остальном он просто не знает удержу. Во всем, что ему по вкусу, он на полпути не останавливается. Для своего любимого вида спор­та-конного поло-он имеет не менее двухсот лошадей с родословной почище его собственной. К этому можно добавить такое же количество роскош­ных машин, среди которых «роллс-ройс» с шестью дверцами. И так как горючее обходится ему недоро­го, он обожает носиться на бешеной скорости по тысячекилометровым автострадам своего государст­ва. Яхты, «Боинги-747» и гранд-отели очень, очень высокого класса тоже приходятся ему весьма по вкусу, и он время от времени закупает их-просто так, для развлечения. Но главным предметом его страсти, чтобы не сказать-предметом роскоши, ибо султану ничто не кажется роскошью, является дворец, построенный для него филлипинским архи­тектором Леонардо Локсином.

 Бол киях очень любит вкладывать деньги в та­кое дело, как роскошные отели. В течение только последних лет он приоб­рел «Холидэй'Инн» в Сингапуре и «Дорчес­тер» а Лондоне.

•              Нурул-Имам Палас

Это здание, представляющее собой престранную смесь современной и традиционной архитектуры и созданное, чтобы прославить своего владельца, са­мым поразительным образом сочетает в себе несрав­ненное великолепие, дурной вкус и ненужную трату денег. Оно облицовано мрамором общей площадью в шесть гектаров, привезенным из Флоренции, и увенчано золоченым куполом; занимает оно не ме­нее двадцати гектаров, насчитывает тысячу семьсот восемьдесят восемь комнат (многие из которых вов­се не используются), среди них:обеденные залы, вмещающие до пяти тысяч человек, и тронный зал величиной чуть ли не с парк дей Прэнс, в котором он мог бы разместить одновременно всех своих слуг, просителей и придворных-а их совсем не мало. Вся стоимость строительства-по меньшей мере, пятьсот миллионов долларов.

•              Огромное богатство-на ниточке

Все так и продолжалось бы, как в прекрасном сне, в этом маленьком султанате, и его властителю была бы обеспечена до конца дней жизнь в земном раю, кабы само изобилие его богатств не вызывало зависти со стороны соседей. Уже в 1962 г., если бы не помощь англичан, Омар Али Сайфуддин, отец Хассанала Болкияха, был бы свергнут управляемой из-за рубежа революцией. В 1984 г., который стал

292

годом независимости султаната, экономику страны чуть было не прибрали к рукам иммигранты-китай­цы (15 процентов населения). Пришлось лишить их гражданства. После этого нефтяные богатства ма­ленькой монархии приглянулись Индонезии, кото­рая и сейчас еще не теряет надежды завладеть ими. Таким образом, получается, что хотя над самым богатым человеком в мире и не тяготеет чувство вины, как это было бы на Западе, ему все же не так уж легко живется. Сказочное богатство может вне­запно улетучиться, как мираж. Но сама эта хруп-. кость делает его тем более поэтичным и чарующим.