(1926-1990)

Аристократ в мире финансов

Если ему улыбается Фортуна, то никак нельзя сказать, что он пла­тит ей той же монетой. На лице его никогда не увидишь даже тени улыбки. К счастью, женился он на самом воплощении смеха.

По происхождению своего богатства семейство Иоганна фон Турн-унд-Таксиса не лишено ориги­нальности. В отличие от других великих денежных династий, их предки не открывали ни залежей оло­ва, ни алмазных россыпей. Они обогащались не в банках, подобно Ротшильдам, не в морском судо­ходстве, как Ниархос или Онасис. Это были про­стые почтовые служащие, да еще происходившие от итальянских эмигрантов. Конечно, они ради асси­миляции переиначили за несколько веков свою старую ломбардскую фамилию Тасси. Ведь Таксис звучит куда более по-тевтонски и поэтому значи­тельно удобнее для почтальонов Священной Рим­ской Империи Германской Нации.

Замок Регенсбург

Из десяти фамильных замков Регенсбург - самый красивый... или самый безобразный, в зависимости от вкуса. Турн-унд-Таксисы, начи­ная с 1731 г., неодно­кратно расширяли его, а что касается стиля, то там есть и ампир, и нео­барокко и ренессанс. О) знаменит своей гигант­ской оранжереей, кол­лекцией из шестидесяти двух карет и библиоте­кой, содержащей двести двадцать пять тысяч то­мов.

• Переселение

Однако почтальоны эти вели свое происхождение из глубины веков. Первый известный их предок по имени Отгон I жил в последние десятилетия X в.. Он был не почтальоном, а рыцарем, и внуки по-свойски звали его Отгоном Великим.

Хотя в Италии потомки Отгона занимали вполне пристойное положение и благодаря ему входили в число самых знатных сеньоров полуострова, они постепенно покидали долину По и отправлялись искать счастья в Германии, среди непроходимых темных лесов, где в один прекрасный день им пред­стояло стать хозяевами гигантских владений.

• Почтмейстеры Священной Империи

В 1615 г. Форгуна, наконец, прочно связала себя с семейсгвом Таксисов, преподнеся им неожиданный дар, который и заложил основание их колоссальной империи. До тех пор передача известий на обшир­ных пространствах Империи встречалась с величай­шими затруднениями. Из-за больших расстояний и опасности на дорогах новости шли к своим адреса­там безумно медленно, если вообще совершенно не

терялись в дороге. Таким образом, возникла острая нужда в создании эффективной почтовой службы и не столько в интересах управления, сколько в инте­ресах торговли. Таксисы, хоть и происходили от итальянцев, славились своей прирожденной пунк­туальностью. У них была настоящая страсть к меха­ническим и солнечным часам, которая передавалась из поколения в поколение вплоть до нашего време­ни (сегодня в замке Регенсбург, этом миниатюрном фамильном Версале, таких приборов насчитывается не менее ста пятидесяти экземпляров). Поэтому вполне естественно, что имперское правительство предложило им нелегкое дело устройства по всем немецким землям обширной сети почтовых станций для налаживания регулярных и надежных сообще­ний.

Часовщик

Чтобы каждодневно за­водить все часы, в Ре-геисбурге держат специ­ального часовщика, бла­годаря которому все ме­ханизмы работают без­упречно и подают свой голос как один человек.

•              Завидные браки, влиятельные связи

Получив такую выгодную привилегию, превратив­шуюся в монополию, семейство Таксисов смогло настолько возвыситься, что стало одним из видней­ших домов всего христианского мира. Удача и вы­сокие связи-почтмейстерское дело открывает многие двери-позволили ему украсить свой герб со львом и горностаем престижными коронами и породниться с самыми знатными фамилиями Евро­пы.

Сегодня оно может гордиться свойством с Людо­виком XIV, герцогами Мекленбургскими и Орлеан­ским домом, не говоря уже о других, не столь гром­ких именах.

•              Господа золотых лесов

Отмена почтовой монополии, произведенная импе­ратором Наполеоном I в начале XIX в., хоть и была неприятна Турн-унд-Таксисам, все-таки не стала для них катастрофой. Совсем напротив. В качестве возмещения французские захватчики отдали им не­сколько тысяч гектаров леса и плодородных земель, конфискованных у Церкви после кровавых побед, одержанных солдатами Свободы.

Семейство нисколько не проиграло от подобной перемены. Без малейшего сожаления Турн-унд-Так-сисы расстались со своим почтовым делом и пере­шли в сословие землевладельцев, как одни из самых крупных собственников того времени, что куда более соответствовало их аристократическим амби­циям.

Группа яДодуко» только от своей промышленной деятельности имеет го­довой оборот, достигаю-щи и одного миллиарда марок.

•              Наследник и основатель

Иоганн фон Турн-унд-Таксис, который был до 1990 г. главой этого знатнейшего семейства, унасле­довал свои прямо-таки золотоносные леса в 1952 г. До самой смерти он с неизменным успехом зани­мался их расширением. Семейные владения состав­ляли тогда около двадцати восьми тысяч гектаров леса и более двадцати одной тысячи гектаров пахот­ных земель, не считая еще и небольшого банка. Его мудрая патриархальная политика увеличила это со­стояние до гигантских размеров, благодаря приоб­ретениям в Канаде, США и Бразилии. Кроме того, он заинтересовался аграрно-пищевой промышлен­ностью, в частности, производством баночного пива, и его сорта считаются одними из самых луч­ших (ведь благородное происхождение обязывает!). К этому добавляется еще компания <Додуко», в ко­торой работают две тысячи семьсот человек и кото­рая занимает видное место в индустрии ценных ме­таллов. Таким образом, всего за несколько десяти­летий наследник немецких лесов, потомок почт­мейстеров Священной Римской Империи Герман­ской Нации стал, благодаря своим личным качест­вам, одним из самых богатых людей планеты.

Пивоваренные заводы

Знаменитое пиво «Турн-унд-Таксис* классифи­цируется как имеющее «тонкий букет». Три за­вода - в Регенсбурге, Шильберге и Берхгесга-дене - производят еже­годно полмиллиона гек­толитров.

•              Плохая мина при хорошей игре

И все это достигнуто без какого-либо урона для до­стоинства тевтонского рыцаря, никогда не опускав­шегося до эксцентрических выходок сомнительного вкуса перед журналистами, на что столь падки зна­менитые миллиардеры. Он так и остался немецким князем до мозга костей, с печальным, как на старин­ных портретах предков, лицом, по которому никак не скажешь, что это баловень судьбы. Затянутый воротничками, с безупречно белой гвоздикой в пет­лице, Иоганн фон Турн-унд-Таксис жил среди перегруженных позолотой лепных стен замка Ре­генсбург как рыцарь печального образа во дворце Волшебного Принца. И вокруг него суетился весь этот раззолоченный старосветский мир, который он словно мановением магического жезла уберег от всепоглощающего времени. Там были наряженные по французской моде лакеи в париках и лентах, мундирные егеря, величественные дворецкие и кру­жевные горничные, словно сошедшие со страниц детских сказок. Вся эта пышность так и била в нос духом старой Европы и ставила его вне времени, вне досягаемости критиков и завистников. Насквозь Пропитанный духом «ОМ Меггу ОеиЕзсЫапо>*, он, казалось, несмотря на хмурость, принадлежал к

ге­роям романов Барбары Картланд. Этот по-настоя-шему волшебный немецкий принц был предметом мечтаний баварских дам, славящихся своей безум­ной романтичностью.

Состояние, принадлежа­щее князю фон Турн-уид-Таксису, оценивает­ся в четырнадцать мил­лиардов франков.

• Деньги не приносят несчастья

Но у волшебного принца при всей его мрачности хватило ума выбрать себе жену, прекрасную как ан­гел, чьи несколько эксцентричные проделки прида­вали иногда столь недостающее веселье десяти его наследным замкам. Глория фон ШенбергТлаухау (так ее звали) стала притчей во языцех всей немец­кой публики. Пока он погружался в изучение тео­логии-свое самое легкомысленное занятие-она демонстрировала себя на телевидении в самых неве­роятных одеяниях или же выступала с рекламой на мотоциклах, устрашавших своими огромными ци­линдрами нисколько не меньше, чем геральдические драконы. Эти выходки вносили некоторый диссо­нанс в тот педантический церемониал, которым лю­бил окружать себя ее супруг. Она получила прозви­ще «принцесса поп», а он, словно рикошетом, «Так­си-бой», что, впрочем, мало соответствовало его внешности серьезного и сурового человека. Но это нисколько не мешало ему жить со своими тремя детьми вполне счастливо, насколько это вообще возможно для миллиардера.