(1889-1980)

Миллиардер самолетных тканей

Перекупая английские самолетные ткани, Марсель Буссак стал са­мым знаменитым французским миллиардером. Но больше всего он из­вестен среди фанатиков ипподрома.

Когда женщина молода, красива, наделена романти­ческой душой, а в юности тайком зачитывалась за­претными книгами из отцовской библиотеки, ей очень трудно быть женой простого торговца сукна­ми в провинциальном городке. Именно таким было положение г-жи Буссак в Шатеру, в сумрачной ла­вочке, где для нее бесконечно тянулись часы с той томной печалью, которую испытывают, наверное, заморские птицы, запертые в клетке у консьержки. Пока почтеннейший супруг отмерял у себя за стой­кой куски сукна, она твердила стихи модных поэтов и переживала в своем воображении сцены из «Ма­дам Бовари», которые не полагалось знать хорошо воспитанной женщине, дабы не заразиться ядом разврата, совратившим добродетель уже стольких юных девушек.

Господин Буссак корпел над своими гроссбухами и ублажал клиентов, а она мечтала о приключениях и галантных рандеву, все более раздражаясь нескон­чаемыми сплетнями жены нотариуса и обязаннос­тью помогать в выборе безвкусных тканей матронам с дочерьми на выданье. Но в один прекрасный день, вконец отчаявшись от этой тоскливой и непроходи­мо будничной жизни, решилась она навсегда с ней покончить и, собрав свои пожитки, без малейшего сожаления распростилась и со своим родным Берри, и с мужем, и с двумя сыновьями, и даже с братом-брандмейстером, на котором так романтически-эле­гантно сидела форма пожарного.

Она «залетела в столицу» и там, являя собой Растиньяка в юбке, стала завсегдатаем театральных премьер, балов в Опере, собраний модной богемы, литературных салонов и художественных галерей.

• За прекрасные глаза поэта

Ее мечты о большой любви воплотились сверх вся­ких надежд в белокуром толстячке Катюле Менде-се. Для тех, кому это имя ничего не говорит, достаточно сказать, что сей ныне заслуженно забытый поэт был тогда фаворитом Всего Парижа. Этого краснобая, великого ценителя красивых женщин и неутомимого светского льва обожали все, претендо­вавшие на принадлежность к литературному миру, а он ублажал их пьесами, романами и стихами в не меньшем количестве, чем экс-супруг г-жи Буссак своих клиентов образчиками тканей. Это была та любовь с первого взгляда, какая редко случается в истории человечества. С глубочайшим от поразив­шего ее восхищения молчанием Жанна (так ее зва­ли) проводила долгие часы, внимая Катюлю, кото­рый декламировал бесконечные александрийские строфы, упиваясь тем, что его слушают, не переби­вая ни единым звуком. Данте обрел свою Музу, а Беатриче-своего поэта. После развода с лавочни­ком голубки не замедлили соединиться новыми узами Гименея и произвели на свет прелестного розов ошекого младенца, которого они окрестили Патрисом.

Несомненно, их жизнь и дальше продолжалась бы среди безоблачного счастья, наполненная вы­спренными стихами и напыщенной декламацией, если бы в один несчастливый ноябрьский день 1909 г. Катюль, ставший жертвой одного из тех раз­влечений, которые свойственны только истинным поэтам, не погиб под поездом, возвращаясь на свою виллу в Сен-Жермене.

Катюль Мвндес

Этот поэт родился в Бордо в 1841 г. и был эпигоном группы «Пар­нас*.

Сын поэта

Единоутробный брат Мар­селя Буссака Патрис по­гиб смертью храбрых на войне 1914-1918 гг.

• Серьезный молодой человек

Так закончилась эта трогательная любовная исто­рия. История любви, о которой вряд ли мы стали бы говорить в этой книге, если бы последовавшие за ней несчастья не способствовали выработке харак­тера одного из самых знаменитых французских миллиардеров.

От суконщика из Шатеру у Жанны было два сына, которые мучительно переживали бегство ма­тери и страстно желали поквитаться с судьбой. Старший, Марсель, родился в 1889 г. и, следова­тельно, ему было 20 лет, когда умер поэт.

Благодаря своему серьезному отношению к заня­тиям в городском лицее, легкости, с которой он вы­держивал экзамены и слабой склонности к нена­вистному поэтическому искусству, он явился уте­шением отца, уже видевшего в нем продолжателя своего небольшого дела. Малорослый, розовощекий Марсель обладал каким-то неуловимым обаянием, очень выразительным взглядом и уже производил впечатление достоинством своих манер, по которым никто бы не догадался о переживаемых им бедах.

Это был волевой юноша, словно созданный для жизненной борьбы, который еще ребенком мечтал о блестящем успехе и мог бы поэтому утешить разби­тое сердце своего отца. Но фамильное дело, несмот­ря на все благополучие, уже не удовлетворяло пре­тенциозных амбиций сына, и он чувствовал, что бу­дущее не здесь, не в этом маленьком городке с уду­шающей атмосферой мелкобуржуазности.

•              Воспитанный делом

Чтобы самому научиться летать, Марсель решил покинуть родной город и наняться простым работ­ником на текстильную фабрику в Вогезах. Пройдя все ступени лестницы, он постепенно освоил новей­шие способы изготовления хлопковых тканей и по­знакомился со счетоводством и ведением дел. Кро­ме того, он близко узнал неведомый ему доселе мир рабочих и, наконец, посчитав, что набрался уже до­статочно знаний, решительно отправился на завое­вание столицы.

Это было в 1909 г. Благодаря щедрости отца, одолжившего ему сто тысяч франков, Марсель, едва достигнув 20 лет, смог основать свое дело-«Про­мышленную Хлопковую Кассу».

Квартал Сантье,-где обосновался молодой чело­век, был столь же скромен, сколь безмерны были снедавшие Марселя амбиции. Подвиги американ­ских миллиардеров, о которых газеты рассказывали тогда всяческие чудеса, не давали ему покоя, и он мечтал лишь о том, чтобы не только сравняться, но и превзойти всех этих Рокфеллеров, Фордов и про­чих Дюпонов де Немуров.

•              Мудрость крестьянина

Итак, Марсель с жаром взялся за дело, но в то же время ни на минуту не терял воспринятой от отца осторожности, за которую его часто сравнивали со старым беррийским крестьянином. Он никогда не забывал и о культуре в коммерческих делах, сдер­живавшей динамизм его соотечественников. Он по­нимал, что не только обитателям Шатеру, но и всей Франции не стоит оглядываться на Америку, а нуж­но действовать с величайшей осмотрительностью.

Поэтому Марсель никогда не предпринимал ни малейшего шага, в котором не был бы абсолютно

 

уверен, и предпочитал предоставить времени рабо­тать па себя. Он столь уверенно вел свой корабль, что, когда разразилась Первая мировая война, мог порадоваться достижению своей первой цели -приобретению в хорошо знакомых ему Вогезах хлопчатобумажной фабрики.

 -Бедный Малый» В XIX веке так назывался модный магазин тканей. Один из его служащих стал знаменитостью - это был Шошар.

•              Серо-голубой цвет

Война не очень помешала делам Марселя Буссака. Для обмундирования солдат французская армия остро нуждалась в тканях, и правительство купило сразу всю его продукцию. Такой необъятный рынок был для молодого промышленника редчайшей уда­чей.

Маленькая фабрика производила невероятное количество тканей защитного цвета, и этот неожи­данный взлет поставил ее после окончания войны в самые благоприятные условия для завоевания рын­ков.

Когда над окровавленными окопами прозвучали победные трубы, Марселю было всего 29 лет-по­жалуй, слишком мало для того, чтобы соревновать­ся С разжиревшими финансистами, оспаривавшими друг у друга торговлю хлопком. Но его смелость и исключительные способности принимать быстрые решения помогли преодолеть этот недостаток и блестяще провести гениально задуманную опера­цию, благодаря которой через несколько лет он стал одним из самых богатых людей планеты.

•              Самолетные ткани

Британское правительство, рассчитывая на затяж­ную войну, создало огромные запасы экстра-проч­ной ткани для крыльев аэропланов-истребителей. И когда после неожиданно наступившей победы они стали не нужны, их поспешили продать. Марсель мгновенно предложил свои услуги и провел всю сделку с такой быстротой, что его конкуренты не успели даже переступить с ноги на ногу. После это­го он сразу же открыл на площади Республики, не­подалеку от «Бедного Малого* (уже закрывшегося большого магазина тканей), гигантский магазин розничной торговли, которому дал незамысловатое название -«Самолетные ткани».

С помощью шумной рекламы Буссак заставил поверить в превосходные качества своего товара, из которого он шил с одинаковым успехом и брюки, и юбки, и детские костюмчики, выдерживавшие самое безжалостное обращение. Это был кастояший три­умф. Буквально на следующее утро модным стало только то, что сшито из ткани для аэропланов. Она облекала костлявые фигуры отставных красавцев, ее натягивали на свои округлости демимонденки, и в нее же заворачивали грудных младенцев. Даже монахини от Сен-Винсен-де-Поля и те употребляли ткань Буссака для своих великолепных чепцов, и без того уже похожих на аэропланы.

Магазины были опустошены, и вскоре от десят­ков тысяч километров английской ткани не оста­лось ни сантиметра. Пришлось заняться подделкой. Для многочисленных уже фабрик Марселя это не представляло больших сложностей, тем более, что молодой промышленник не терял времени и расши­рял свою империю.

Кроме предприятий не только во Франции, но и в Африке, и в Индокитае, он открыл множество ма­газинов для сбыта своих товаров. К концу этого быстрого взлета Буссак стал пятым производителем хлопковых тканей в мире и владельцем третьей экс­портной фирмы во Франции. Благодаря самолет­ной ткани, его дела молниеносно пошли в гору.

Женитьба

В жизни нашего милли­ардера была и любовь. Он женился на знамени­той певице Фанни Хель-ди, которая с таким треском провалилась в «Мадам Баттерфляй-. Говорят, будто он любил ее почти так же, как сво­их лошадей, но, тем не менее, потребовал, что­бы она покинула сцену прежде, чем стать его женой.

• Серо-зеленый цвет

Вторая мировая война помешала Марселю Буссаку не больше, чем Первая. Вермахту нужна была серо-зеленая ткань для защиты солдат от сибирских мо­розов, которые грозили им в ближайшем будущем благодаря политике фюрера. Поэтому оккупацион­ные власти поспешили реквизировать фабрики на­шего героя. Естественно, Марселю ничего не оста­валось, как капитулировать. Однако в душе он был все тем же хозяйственным крестьянином и поста­рался сохранить и козла, и капусту, что при его по­разительной ловкости вполне ему удалось. С немца­ми он поддерживал лишь самые неизбежные отно­шения и под видом дружеского совета предлагал им модернизировать свои фабрики, чтобы повысить производительность. «Это в ваших же интересах,- объяснял он самым дружелюбным тоном,-без мо­дернизации мое старое оборудование, никак не удовлетворит вас, а ведь зимой бывает так холод­но»! Чины СС только радовались подобному же­ланию сотрудничать с ними, совершенно не подо­зревая, что этот старый лис отнюдь не пренебрег и

 

 кое-какими услугами Сопротивлению. Это помогло ему в будущем избежать тех неприятностей, кото­рые ожидали многих других промышленников.

И вот война кончилась, германские солдаты ушли, а у него осталось совершенно новое оборудо­вание, позволившее ему еще больше расширить свою империю.

Трест модной одежды Кроме Кристиана Диора Буссак перекупил фирму еще одного моделье­ра - Пьера Кларанса, которую предназначил для клиентов из средних классов.

•              Завоевание Нового Света

В 1948 г. ему принадлежали не менее шестидесяти фабрик с десятью тысячами рабочих и двадцатью тысячами станков, производивших знаменитые самолетные ткани, которые продавались более чем в ста больших магазинах.

Но все же это было только начало. Перед Марсе­лем Буссаком всегда открывалось будущее, и он уже обдумывал очередной проект, казавшийся совер­шенным безумием - обосноваться на американском рынке. Использовал он для этого троянского коня чистой французской породы, а именно - высокую моду. Перекупив Кристиана Диора, он открыл в Нью-Йорке прямо на Пятой Авеню роскошный ма­газин и сумел использовать всемирный престиж этой фирмы, чтобы поставить американскую моду на службу своим интересам. И вот от Флориды до Калифорнии юбки вдруг опустились к лодыжке, сложившись в столь же разнообразные, сколь и со­вершенно бесполезные складки и изгибы. В резуль­тате американская промышленность не смогла спра­виться с возросшим спросом на ткани, и пришлось обратиться к французам, чтобы перерабатывать американский хлопок.

•              Хлопок египетский, клиенты индийские

Конечно, промышленники Нового Света не смотре­ли безучастно на захват их территории и сделали все возможное, чтобы остановить агрессию. Благо­даря некоторым статьям плана Маршалла, им это отчасти удалось. Французское правительство боль­ше чумы боялось утечки валюты и резко ограничи­ло импорт американской шерсти, которую фабрики Буссака превращали в готовые изделия.

После вой­ны недоставало денег, и использовали их строго по приоритетам: на покупку нефти, масел, кофе и про­чих товаров первой необходимости для националь­ной экономики.

 

Марсель Буссак был столь популярен на скачках, что публика могла и не знать о другой его деятельности. Рядом С Буссаком жокей Серж Булланже и призовая Кобыла Аполлония из конюшни миллиардера.

 

Трест Бендикс

Еще одним перлом сре­ди предприятий Буссака была фирма Бендикс, производившая холо­дильники и стиральные машины.

 

Марсель, видя угрозу спада, был вынужден обра­тить своя взоры к другим странам. Он построил фабрики в Советском Союзе и в Германии. Там тка­ли из египетского хлопка подобие самолетной мате­рии, а продавали ее в Индии. И дела его предпри­ятий опять пошли от хорошего к лучшему, Они проникли своими щупальцами даже в другие отрас­ли экономики. Кроме массовой и высокой моды, в которых Марсель Буссак уже прочно закрепился, он инвестировал большой капитал в производство хо­лодильников и стиральных машин. Им была купле­на еще и газета <0рор» в качестве трибуны для удовлетворения своих амбиций.

• Король ипподромов

Нельзя закончить статью о Марселе Буссаке и не упомянуть про его страсть к лошадям. Сначала это было просто развлечением, но недаром финансы составляли вторую натуру этого человека-он очень скоро сделал развлечение столь же серьезным делом, как и ткацкая промышленность, и внес в управление конными заводами ту же аккуратность часовщика, которая приносила успех всем его пред­приятиям. Купив как-то несколько лошадей для собственного отдыха на уик-эндах, он в один пре­красный день оказался во главе целой конной ар­мии. И результаты этих чистокровных скакунов ни­чуть не уступали его коммерческим достижениям.

В 1914 г. Марсель вместе с графом Кастельбар-жаком купил своего первого четвероногого и уже не мог избавиться от этой страсти до конца своей жиз­ни. Его конными заводами в Базош-о-Ульме с до­тошностью провизоров руководили два управляю­щих, которые следили за расходами и доходами, ничего не оставляя на волю случая. Таким образом, это развлечение господина генерального директора превратилось в такой же жирный кусок, как и дело с самолетной тканью. Его жеребцов стремилась за­получить вся Европа. «Случка с Марселем Бусса-ком»- стоила от двухсот до двухсот пятидесяти ты­сяч франков, сумма по тем временам немалая, да и сами кобылы были в восторге.

Страсть к лошадям

После Первой мировой войны Марсель Бус сак приобрел свой первый конный завод во Френ-ле-Бушаре (департа­мент Орн).

• Марсель уходит

В декабре 1970 г. Марсель Буссак отошел от дел. Он оставил себе лишь общее руководство несколь­кими второстепенными предприятиями и конными заводами, а управление всей империей отдал двум своим сотрудникам, которые не замедлили разва­лить все дело. Почти полностью разоренный, он умер 21 марта 1980 г.