Гуманистические и эгалитарные настроения,способствовавшие вве-

дению высокопрогрессивного индивидуального подоходного нало-

га,привели за собой множество других мер, направленных на обес-

печение «благосостояния» отдельных групп населения. Наиболее

значительным комплексом таких мер был цикл мероприятий,кото-

рому было присвоено дезориентирующее название «социальное

обеспечение» (social security).К числу прочих относятся социальное

жилищное строительство (public housing), законы о минимальной

заработной плате, поддержание цен на сельскохозяйственную про-

дукцию,специализированные программы помощи и т.д.

Сначала я вкратце остановлюсь на второй группе, главным

образом для того,чтобы продемонстрировать,насколько отличным

оказался ее фактический эффект по сравнению с первоначально за-

думанным,а затем перейду к более детальному рассмотрению кру-

пнейшего компонента программы социального обеспечения —

страхования престарелых.

Различные программы социального обеспечения:

1. Социальное жилищное строительство. Аргумент, кото-

рый часто приводят в пользу социального жилищного строитель-

ства,построен на выдуманном «внешнем эффекте»: утверждается,

что трущобы,в первую очередь,и прочие недоброкачественные жи-

лые массивы, в меньшей степени, дороже обходятся обществу по

той причине, что расходы на их пожарную и полицейскую охрану

выше. Возможно, что этот внешний эффект действительно суще-

ствует.Но коль скоро так, это является аргументом не в пользу соз-

дания социального жилого фонда, а в пользу более высокого нало-

гообложения жилого фонда, который увеличивает общественные

издержки, поскольку это может привести к уравниванию частных

и общественных издержек.

На это сразу же возразят, что дополнительные налоги лягут

тяжким бременем на лиц с низким доходом,а это нежелательно.В от-

вет можно сказать,что создание социального жилого фонда предла-

гается не на основании внешнего эффекта, а как средство оказания

помощи лицам с низким доходом. Но если это так, то зачем же в та-

ком случае субсидировать именно жилой фонд? Если фонды пред-

назначены для оказания помощи неимущим, не будет ли больше

пользы,если они будут выданы наличными,а не «натурой»? Очевид-

но,что семьи,которым оказывается помощь,предпочтут,чтобы де-

ньги им были выданы наличными,а не в виде жилья.Они могут упо-

требить их на жилье, если сами того пожелают.Следовательно, их

положение не ухудшится,если им выдадут деньги;если они считают

первоочередными другие потребности, им будет лучше, если они

истратят деньги на них. Денежная субсидия снимет внешний эф-

фект точно так же, как и субсидия «натурой», ибо если она не будет

израсходована на жилье, она всегда будет под рукой для уплаты до-

полнительного налога,связанного с внешним эффектом.

Таким образом, социальное жилищное строительство не

может быть оправдано ни на основании внешнего эффекта, ни на

основании помощи неимущим семьям. Если его вообще можно

оправдать, то только на основе патернализма: семьи, нуждающие-

ся в жилье больше, чем в чем-либо другом, и получающие эту по-

мощь,либо не согласны израсходовать деньги на эти цели,либо спо-

собны истратить их неразумным образом. Либерал отвергнет

подобного рода аргумент,если дело касается взрослых людей.Он бу-

дет не в состоянии отвергнуть его в более косвенной форме, когда

речь идет о детях, а именно что родители могут пренебречь интере-

сами детей,нуждающихся в лучших жилищных условиях.Но он на-

верняка потребует более убедительных, более конкретных, чем

обычно, доказательств, прежде чем согласится с этим окончатель-

ным аргументом как достаточным основанием для крупных расхо-

дов на социальное жилищное строительство.

Такими могли быть общие абстрактные рассуждения по по-

воду социального жилого фонда, не подкрепленные практическим

опытом.Теперь,когда мы располагаем конкретным опытом,мы мо-

жем пойти значительно дальше.На практике создание социального

жилого фонда,как оказалось,привело к совершенно иным послед-

ствиям,чем ожидалось.

Социальное жилье не только не улучшило жилищного по-

ложения неимущих, как ожидали его сторонники, но оказало пря-

мо противоположное воздействие.В ходе социального жилищного

строительства количество разрушенных единиц жилой площади

намного превысило число новых сооруженных единиц.В то же вре-

мя в результате создания социального жилого фонда как такового

нисколько не уменьшилось число лиц,нуждающихся в жилплоща-

ди.Таким образом,создание этого фонда привело к увеличению чи-

сла жильцов на единицу жилплощади. Возможно, что некоторые

семьи улучшили свои жилищные условия — те,кому посчастливи-

лось поселиться в домах и квартирах социального жилого сектора.

Жилищное же положение остальных ухудшилось,поскольку общая

средняя плотность заселения возросла.

Правда, губительные последствия программы социального

жилья были в известной степени нейтрализованы частными пред-

принимателями путем перестройки старой и введения в строй новой

жилплощади для тех,кто непосредственно лишился жилья в резуль-

тате осуществления указанной программы и, в более общем плане,

для тех, кто оказался вовлеченным в эту жилищную чехарду с нача-

лом социального жилищного строительства.Однако эти частные ре-

сурсы были бы доступны и без программы социального жилья.

В чем кроются причины подобных последствий осуществле-

ния программы социального жилья? Общая причина та, о которой

мы упоминали неоднократно. Общий интерес, которым руковод-

ствовались многие сторонники утверждения подобной программы,

был слишком расплывчатым и преходящим. Вслед за принятием

программы главенствующими стали конкретные групповые инте-

ресы,которые она могла удовлетворить.В данном случае выразите-

лями этих интересов были те местные группы, для которых было

желательно очистить и реставрировать пришедшие в упадок райо-

ны, — либо потому,что они владели недвижимостью в этих районах,

либо потому,что их упадок ставил под угрозу местные или централь-

ные деловые районы.Программа общественного строительства ста-

ла удобным способом для осуществления этой цели, требовавшей

больше разрушения, нежели созидания. Несмотря на это, мы по-

прежнему являемся свидетелями «упадка городов» во всей его не-

приглядности,если судить по непрекращающимся ходатайствам на

выделение федеральных фондов для борьбы с ним.

Другим положительным результатом, которого ожидали

сторонники социального жилищного строительства,должно было

быть сокращение преступности среди несовершеннолетних в связи

с улучшением жилищных условий.И опять-таки осуществление этой

программы во многих случаях привело к прямо противоположным

последствиям, не говоря уже о том, что обещанное улучшение сред-

них жилищных условий так и не состоялось. Лимит в зависимости

от размера доходов, совершенно справедливо установленный для

жильцов общественного сектора с субсидируемой квартплатой,

привел к исключительной концентрации в нем «неполных» се-

мей— прежде всего,разведенных или овдовевших матерей с детьми.

Дети в таких семьях в очень большом числе случаев — «трудные»,

и их высокая концентрация в одном месте может только способство-

вать росту преступности несовершеннолетних.Одним из симпто-

мов этого явления было чрезвычайно отрицательное влияние на

школы,расположенные в районе жилых домов общественного сек-

тора.Школа может с готовностью принять нескольких «трудных» де-

тей,большое же их количество создает серьезные сложности.Тем не

менее в отдельных случаях неполные семьи составляют одну треть

или еще большую часть всех жильцов в домах общественного сек-

тора,и дети из таких домов могут составлять большинство учащих-

ся в данной школе.Если бы помощь этим семьям оказывалась в ви-

де денежных вспомоществований, они были бы более равномерно

распределены среди населения данного района.

2.Законы о минимальной заработной плате.Законы о мини-

мальной заработной плате представляют собой самый наглядный

пример того,как благие намерения сторонников определенной ме-

ры привели к прямо противоположным результатам. Многие сто-

ронники законов о минимальной заработной плате совершенно

справедливо сокрушаются по поводу исключительно низких расце-

нок, относятся к ним как к символу бедности и надеются путем за-

прещения ставок зарплаты ниже некоего определенного уровня

уменьшить бедность. На самом же деле, если законы о минималь-

ной зарплате и способствовали хоть какому-то изменению положе-

ния,то только в сторону увеличения бедности.Штат может принять

законодательство об установлении минимального уровня зарпла-

ты.Но вряд ли он сможет потребовать от работодателей,чтобы они

предоставили работу по этим расценкам всем тем, кто ранее рабо-

тал по расценкам ниже этого минимума.Совершенно очевидно,что

это не отвечает интересам работодателей. По этой причине мини-

мальная заработная плата приводит к увеличению безработицы.

Поскольку низкие расценки действительно являются символом

бедности, безработными оказываются именно те лица, которые

меньше всего могут себе позволить потерять доход, который они

ранее получали, сколь малым он ни показался бы тем, кто голосует

за установление минимальной заработной платы.

В некотором отношении этот случай сходен с системой со-

циального жилого фонда.В обоих случаях люди,которым оказыва-

ется помощь, на виду: люди, которым повысили зарплату, и люди,

поселившиеся на социальной жилплощади.Пострадавшие остают-

ся неизвестными, трудно даже проследить связь между их пробле-

мами и первопричиной этих проблем: это люди, пополняющие

ряды безработных или,чаще,никогда не работающие по специаль-

ности из-за минимальных расценок и вынужденные выполнять

еще менее оплачиваемую работу или же переходить на попечение

благотворительных организаций; это люди, вынужденные жить

в еще большей тесноте в трущобах, число которых увеличивается

и которые представляются символом необходимости расширения

социального жилищного строительства,а не результатом создания

нынешнего социального жилищного фонда.

Поддержку законам о минимальной зарплате по большей

части оказывают не бескорыстные люди доброй воли,а заинтересо-

ванные группы.Так, например,профсоюзы Севера США и находя-

щиеся на Севере фирмы,опасающиеся конкуренции Юга,выступа-

ют в защиту закона о минимальной зарплате с тем,чтобы ослабить

эту конкуренцию.

3.Поддержание цен на сельскохозяйственную продукцию.Сле-

дующим примером является поддержание цен на сельскохозяй-

ственную продукцию. Поскольку оно вообще ничем не может

мотивироваться,кроме политического факта чрезмерного предста-

вительства сельскохозяйственных районов в коллегии выборщиков

и в Конгрессе,остается предположить,что тут действует убеждение,

что фермеры в среднем имеют очень низкий доход.Если даже при-

нять это как факт,поддержание цен на сельскохозяйственную про-

дукцию не достигает своей цели — оказывать помощь фермерам,

нуждающимся в поддержке.Во-первых,потому что льготы обратно

пропорциональны потребностям, ибо они находятся в прямой за-

висимости от объема рыночных продаж. Безденежный фермер не

только продает на рынке меньше,чем богатый фермер,вдобавок он

получает большую долю дохода от продуктов,выращенных им для

собственного потребления, а эти продукты не засчитываются для

получения льгот.Во-вторых,любые льготы фермерам по програм-

ме поддержания цен значительно ниже израсходованных сумм.Это

совершенно очевидно в отношении оплаты складирования и ана-

логичных затрат: эти дотации вообще не доходят до фермера,

и в максимальном выигрыше оказываются в данном случае вла-

дельцы складских помещений. В равной степени это относится

к суммам,расходуемым на закупку сельскохозяйственной продук-

ции.Таким образом фермера поощряют к расходованию дополни-

тельных сумм на удобрения,семена,инвентарь и пр.В лучшем случае

его доходы могут повыситься за счет излишков.И наконец,даже этот

крохотный чистый остаток создает преувеличенное представление

о прибыли,поскольку практическим результатом программы стало

то,что в сельском хозяйстве оказалось занято больше людей,чем это

могло бы быть при иной ситуации.Чистый выигрыш фермер может

получить только от разницы между своим доходом от хозяйства при

наличии программы поддержания цен и доходами от работы вне

фермы.Главный результат программы закупок заключался просто-

напросто в расширении объема сельскохозяйственной продукции,

а не в повышении доходов в расчете на одного фермера.

Некоторые издержки программы закупок сельскохозяй-

ственной продукции настолько очевидны и хорошо известны, что

нет нужды пространно говорить о них,достаточно лишь их упомя-

нуть: потребитель платит двойную цену: одну в виде налогов для

выплаты льгот фермерам,другую в виде повышенной цены на про-

дукты питания;фермер скован обременительными ограничениями

и придирчивыми контрольными проверками из центра; на страну

надето ярмо разбухающего бюрократического аппарата.Имеется,

однако,еще одна (менее известная) группа издержек.Сельскохозяй-

ственная программа явилась главным препятствием при проведе-

нии внешнеполитического курса. Для поддержания более высоких

цен на внутреннем рынке по сравнению с мировыми ценами при-

шлось вводить импортные квоты на многие товары.Произвольные

изменения нашего политического курса вызвали серьезные отри-

цательные последствия в других странах. Высокие цены на хлопок

побудили другие страны расширить посевы хлопчатника.Когда же

высокие цены привели к затовариванию хлопком, мы начали сбы-

вать его за границей по низким ценам и нанесли крупные убытки

производителям, которых мы своими прежними действиями по-

ощряли к расширению производства. Список подобных случаев

можно было бы умножить.

Страхование по старости

Программа «социального обеспечения» представляет собой одно

из явлений, на котором начинает сказываться завораживающий

эффект тирании статус-кво.Хотя на первых порах эта программа

вызвала много споров, она до такой степени прижилась, что жела-

тельность ее больше не ставится под сомнение.А между тем она со-

пряжена с массовым вторжением в частную жизнь многих слоев на-

селения страны без какого-либо,как мне кажется,убедительного ос-

нования,и не только с точки зрения принципов либерализма.Пред-

лагаю подвергнуть рассмотрению ее крупнейшее звено, связанное

с выплатами престарелым.

В практическом плане программа,известная под названием

страхование по старости (Old Age and Survivor’s Insurance — OASI),

состоит из специального налога на зарплату плюс выплаты лицам,

достигшим определенного возраста, сумм,размеры которых опре-

деляются возрастом,в котором начинаются выплаты,семейным по-

ложением и прежними заработками.

В аналитическом плане OASI включает в себя три отдель-

ных элемента:

1) требование,предусматривающее обязательное при-

обретение широким кругом лиц особых пенсионных

страховок (аннуитета),то есть принудительное создание

фонда обеспечения престарелых;

2) требование,предусматривающее,что этот аннуитет

должен приобретаться у государства,то есть национали-

зацию этого страхового фонда;

3) схема перераспределения дохода,поскольку объем

аннуитета, на который имеют право люди,присоединяю-

щиеся к этой программе,не равнозначен налогам,которые

они выплатят.

Совершенно ясно, что в объединении этих элементов нет никакой

необходимости.Каждого человека можно обязать оплачивать свой

собственный аннуитет, ему должно быть позволено приобретать

его у частных фирм, и вместе с тем можно потребовать, чтобы он

приобрел тот или иной конкретный аннуитет. Государство может

заняться продажей аннуитетов, не принуждая людей приобретать

определенные аннуитеты, и настаивать на самоокупаемости этого

бизнеса.И совершенно ясно,что государство способно заниматься

перераспределением и без помощи аннуитетов, чем оно, собствен-

но,и занимается.

Поэтому давайте рассмотрим каждый из этих элементов

в отдельности,дабы убедиться,насколько каждый из них оправдан,

если оправдан вообще.Я думаю, что для облегчения анализа целе-

сообразнее анализировать их в обратном порядке.

1.Перераспределение дохода.Программа OASI в ее нынешнем

виде включает в себя две основные категории перераспределения:

от одних получателей пособий OASI к другим;от налогоплательщи-

ков вообще к получателям пособий OASI.

В первом случае перераспределение происходит главным об-

разом за счет тех,кто присоединился к этой программе сравнитель-

но молодым,в пользу тех,кто стал ее участником в преклонном воз-

расте.Последние получают и в течение определенного времени будут

продолжать получать пособие большего размера по сравнению

с тем, какое могло бы быть оплачено из их налоговых отчислений.

С другой стороны,в соответствии с существующими ставками на-

лога и пособий те, кто присоединился к этой программе в молодом

возрасте,будут получать пособие в заведомо меньших размерах.

Я не вижу никаких оснований — ни либерального,ни како-

го-либо иного свойства — для того,чтобы оправдывать такого рода

перераспределение.Пособие по старости, выдаваемое его получа-

телям,не имеет отношения к их бедности или богатству;человек со

средствами получает столько же, сколько неимущий.Налог, за счет

которого выплачивается это пособие, представляет собой пропор-

циональный налог на заработки до определенного максимального

предела. Он составляет бóльшую долю низких, а не высоких дохо-

дов.Каким же разумным образом можно объяснить необходимость

налогообложения молодых ради выплаты пособий престарелым

вне зависимости от экономического статуса престарелых, устано-

вление с этой целью более высоких налоговых ставок для более низ-

ких,а не для более высоких доходов или,наконец,увеличение доход-

ных статей для выплаты этого пособия за счет налога с фонда

заработной платы?

Перераспределение второго рода возникает вследствие того,

что система, по-видимому, не является полностью самофинанси-

рующейся.В течение того периода,когда ее действие распространя-

лось на многих людей, плативших налоги, в то время как условиям

выплаты пособия соответствовали немногие, система представля-

лась самофинансируемой и фактически даже создавала накопления.

Но эта видимость создается при забвении накапливаемых обяза-

тельств по отношению к лицам, платящим налог. Представляется

сомнительным, чтобы выплаченных налогов было достаточно для

финансирования расчетов по накопившимся обязательствам.По

мнению многих экспертов,даже при расчетах наличными потребу-

ется дотация.Как правило, подобного рода дотации оказывались

необходимыми для финансирования таких же систем в других стра-

нах. Это очень сложная техническая проблема, по которой могут

расходиться взгляды самых беспристрастных экспертов,и вдавать-

ся в нее здесь нет необходимости.

Для наших же целей достаточно задать лишь гипотетиче-

ский вопрос: оправдана ли субсидия, если таковая потребуется, за

счет рядового налогоплательщика? Я не вижу никаких оснований

для подобной субсидии. Да, мы хотели бы помочь беднякам. Но

оправдана ли помощь людям, независимо от того, бедны они или

нет, по той причине, что они достигли определенного возраста? Не

является ли такое перераспределение совершенно произвольным?

Единственный аргумент в пользу перераспределения, свя-

занного с программой OASI, с которым мне когда-либо прихо-

дилось сталкиваться, является, с моей точки зрения, глубоко амо-

ральным, несмотря на его широкое распространение. Он сводится

к тому, что перераспределение в рамках OASI в основном помогает

людям с низким доходом больше, чем людям с высоким доходом,

несмотря на значительный элемент случайности, что следовало бы

сделать это перераспределение более эффективным, но что обще-

ство не станет голосовать за перераспределение открыто, хотя оно

будет голосовать за него как за часть комплекса мероприятий по со-

циальному обеспечению.Суть этого аргумента сводится к тому,что

общество можно обманным путем склонить к голосованию за ме-

роприятие, против которого оно выступает, если представить его

под фальшивой личиной.Нечего и говорить, что люди, выдвигаю-

щие подобные аргументы, громче других поносят коммерческую

рекламу за то,что она «вводит в заблуждение»!1

2. Национализация пенсионного страхового фонда. Пред-

положим, что мы избегнем перераспределения, введя положение

о том, что каждый человек должен оплачивать приобретаемый ан-

нуитет,в том смысле,конечно,что страховая премия покрывает ны-

нешнюю стоимость аннуитета с учетом как невыплаты пенсии по

причине смерти, так и процентного дохода. Чем в таком случае

оправдывается требование, чтобы человек приобретал аннуитет

в государственной фирме? Если предполагается перераспределение,

то, конечно, в дело вступает право взимания налогов, принадлежа-

щее государству. Но если перераспределение не является частью

этой программы и если,как мы только что могли убедиться,нет ни-

какого основания включать его в эту программу,почему бы не раз-

решить тем, кто этого пожелает, приобретать аннуитет у частных

фирм? Напрашивается тесная аналогия с законом штата, требую-

щим обязательного приобретения автомобильной страховки на

случай нанесения непреднамеренного ущерба. Насколько мне из-

вестно, ни в одном штате, где действует подобный закон, нет соб-

ственной страховой компании, не говоря уже о том, что ни один

штат не принуждает владельцев автомобилей приобретать страхов-

ку в государственной компании.

Возможный эффект масштаба не может служить основа-

нием для национализации пенсионного страхового фонда.Если та-

кой эффект налицо и государство создает концерн для продажи

страховых договоров,возможно,что,благодаря размаху своих опе-

раций,оно сможет предложить более дешевые цены,чем его конку-

ренты. В таком случае оно завоюет рынок без принуждения. Если

же оно не в состоянии предложить страховые договоры по более де-

шевым ценам, значит, эффект масштаба отсутствует или является

недостаточным для снятия отрицательного экономического эф-

фекта государственной операции.

Одним возможным преимуществом национализации пен-

сионного страхового фонда может быть облегчение контроля за

обязательной покупкой аннуитета. Это преимущество представ-

ляется, однако,малосущественным.Нетрудно разработать альтер-

нативные административные процедуры,например,вменить граж-

данам в обязанность прикладывать копию документа о выплате

страховой премии к налоговой декларации или же обязать работо-

дателей предъявлять доказательства соблюдения этого требования.

По сравнению с существующими правилами эта административ-

ная проблема наверняка будет незначительной.

Издержки национализации явно перевесят такое ничтож-

ное преимущество. В данном случае, как и в остальных, индивиду-

альная свобода выбора и конкуренция частных предпринимателей,

заинтересованных в клиентах,обеспечат совершенствование имею-

щихся в наличии договоров о страховании и будут способствовать

удовлетворению самых разнообразных индивидуальных запросов.

В политическом плане это будет означать явный выигрыш благода-

ря тому,что удастся предотвратить расширение масштабов государ-

ственной деятельности и прямую угрозу свободе после каждого по-

добного вмешательства!

Некоторые менее заметные политические издержки сопря-

жены с особенностями нынешней программы. Связанные с ней

проблемы становятся все более сложными и сугубо специальными.

Человек непосвященный зачастую не в состоянии о них судить.На-

ционализация означает,что подавляющее число «экспертов» стано-

вятся служащими национализированной системы или же ими яв-

ляются тесно связанные с ней сотрудники университетов. Они

неизбежно начинают выступать в поддержку ее расширения, не

в силу узких личных интересов,спешу я добавить,но по той причи-

не, что они функционируют в рамках системы, где руководство со

стороны государства считается естественным для них и где они мо-

гут познакомиться с техническими приемами только такого руко-

водства.Единственным спасительным средством противодействия

в Соединенных Штатах было до сих пор существование частных

страховых компаний,занимающихся операциями подобного рода.

Эффективный контроль со стороны Конгресса за деятель-

ностью таких организаций, как Управление по вопросам социаль-

ного обеспечения,в результате специфического характера их рабо-

ты и почти стопроцентной монополии на экспертов становится по

существу невозможным. Они превращаются в самоуправляемые

учреждения,чьи предложения в основном штемпелюются Конгрес-

сом. Способные и честолюбивые сотрудники этих учреждений,

делающие карьеру,естественно заинтересованы в расширении мас-

штабов их деятельности,и воспрепятствовать им в этом чрезвычай-

но трудно.Если эксперт говорит: «Да», кто может авторитетно ска-

зать:«Нет»? Таким образом,мы имели возможность наблюдать,как

все большая часть населения была вовлечена в систему социально-

го обеспечения, а теперь, когда возможности для ее дальнейшего

расширения невелики, на наших глазах пытаются добавить новые

программы,например здравоохранение.

Я прихожу к выводу, что аргументы против национализа-

ции пенсионного страхового фонда чрезвычайно убедительны не

только с точки зрения принципов либерализма, но даже и с точки

зрения ценностей,отстаиваемых сторонниками государства всеоб-

щего благосостояния. Если они считают, что государство в состоя-

нии предоставить лучшее обслуживание по сравнению с рынком,

им следовало бы выступать в защиту государственного концерна,

который занимался бы выпуском страховок и открыто конкури-

ровал с другими фирмами. Если они правы, то государственный

концерн будет процветать. Если они не правы, то благосостояние

населения улучшится за счет частной альтернативы.Только доктри-

нер-социалист или сторонник централизованного контроля как та-

кового может, как мне кажется, принципиально отстаивать прин-

цип национализации пенсионного страхового фонда.

3. Принудительное приобретение пенсионных страховок.

Расчистив,так сказать,почву,мы можем перейти к главному вопро-

су — принуждению индивидуальных лиц к частичному использо-

ванию их нынешних доходов для покупки аннуитета в целях обес-

печения старости.

Одно возможное оправдание подобного принуждения име-

ет чисто патерналистский характер.Люди могут по собственному

желанию и в индивидуальном порядке поступать так,как в соответ-

ствии с законом они должны поступать групповым порядком.Каж-

дый из них в отдельности недальновиден и не заботится о будущем.

«Мы» знаем лучше «них», что им же будет лучше, если они станут

откладывать на старость больше,чем они готовы откладывать доб-

ровольно;убеждать их по отдельности мы не можем;зато мы можем

убедить 51% или больше принудить всех делать то,что отвечает их

же собственному благу. Такой патернализм рассчитан на ответ-

ственных людей, так что даже не нужен предлог заботы о детях или

умалишенных.

Эта позиция является внутренне последовательной и логич-

ной.Стоящего на ней убежденного патерналиста нельзя разубедить,

доказав ему,что он совершает логическую ошибку.Он — наш прин-

ципиальный противник, а не просто благожелательный друг, вве-

денный в заблуждение.В принципе он верит в диктатуру,снисходи-

тельную и,возможно,мажоритарную,но все же диктатуру.

Те из нас,кто верит в свободу,должны также верить и в сво-

боду людей совершать ошибки. Если человек сознательно предпо-

читает жить сегодняшним днем,использовать все свои средства для

сегодняшних удовольствий и намеренно обрекает себя на безра-

достную старость, какое мы имеем право ему мешать? Мы можем

спорить с ним,пытаться переубедить его, но разве есть у нас право

насильственно удерживать его от следования избранному пути?

Разве нет всегда возможности того, что он прав, а мы ошибаемся?

Смирение является отличительной добродетелью людей, верящих

в свободу; самомнение — отличительное свойство патерналиста.

Откровенных патерналистов не так уж много. Их позиция

теряет всю свою привлекательность, если подвергнуть ее рассмо-

трению при хладном свете дня.И тем не менее патерналистские ар-

гументы сыграли столь значительную роль в принятии мер типа со-

циального обеспечения, что представляется целесообразным

разъяснение их смысла.

Возможным обоснованием принудительной покупки анну-

итета с точки зрения принципов либерализма является то обстоя-

тельство,что люди,не заботящиеся о своем будущем,не пострадают

от последствий своих собственных действий,но вынудят расплачи-

ваться других. Мы не хотели бы, говорится в оправдание, видеть

неимущих стариков,страдающих от безысходной нищеты.Мы по-

можем им за счет частной и общественной благотворительности.

И следовательно, человек, не заботящийся об обеспечении соб-

ственной старости, будет опекаться обществом. Принуждение его

к покупке аннуитета оправдывается не его собственным благом,но

благом всех нас.

Весомость этого аргумента явно должна подкрепляться

фактами.Если 90% населения станут подопечными общества в воз-

расте 65 лет при полном отсутствии обязательного приобретения

аннуитета, этот аргумент будет звучать более убедительно. А если

только 1%,то совсем неубедительно.Какой же смысл ограничивать

свободу 99% ограждать себя от расходов,которые могут быть навя-

заны обществу остающимся 1%?

Мнение о том, что значительная часть населения перейдет

на иждивение общества,если не принудить ее приобрести аннуитет,

обязано своей убедительностью (в момент введения OASI) Великой

депрессии.С 1931 по 1940 год безработицей было охвачено более од-

ной седьмой части рабочей силы. И в пропорциональном отноше-

нии безработица больнее ударяла по престарелым рабочим. Это

было беспрецедентное явление,которое с тех пор ни разу не повто-

рялось.Случилось это не потому, что люди были беспечны и не от-

кладывали денег на старость.Как мы убедились,это положение яви-

лось следствием государственной бесхозяйственности.OASI — это

лекарство (если к нему вообще применимо такое определение) от

совсем другой болезни, с которой мы еще не сталкивались.

Безработица 30-х годов,безусловно,создала серьезную про-

блему помощи нуждающимся: множество людей оказались ижди-

венцами общества.Однако проблема стариков никоим образом не

была самой серьезной проблемой.Многие люди производительно-

го возраста оказались в списках получающих пособие или воспомо-

ществование. А неуклонное распространение программы OASI —

пособия по ней получают сейчас 16 миллионов человек — не поме-

шало продолжающемуся увеличению числа лиц, получающих об-

щественную помощь.

С течением времени произошли коренные изменения в си-

стеме частной помощи престарелым.В определенный период глав-

ную свою опору в старости люди видели в детях.Однако по мере

роста благосостояния общества менялись и нравы. Ответствен-

ность,возлагавшаяся ранее на детей по уходу за родителями,ослаб-

ла, и все большее число людей стали приобретать недвижимость

и индивидуальные пенсионные страховки как средство обеспече-

ния спокойной старости.В последнее время ускоренными темпами

появляются пенсионные страховки, не связанные с OASI. Некото-

рые исследователи вполне серьезно полагают, что дальнейшее раз-

витие нынешних тенденций приведет к тому,что большая часть об-

щества будет во многом отказывать себе в производительные годы

ради того,чтобы в преклонном возрасте иметь жизненный уровень,

превышающий тот,который у них был в годы расцвета.Кое-кто мо-

жет счесть это за ненормальность,но коль скоро это есть отражение

общественных вкусов,то так тому и быть.

Принудительное приобретение аннуитета, таким образом,

повлекло за собой большие издержки при малых выгодах. Оно ли-

шило всех нас контроля над значительной частью нашего дохода,

заставляя нас выделять ее для определенной цели — приобретения

пенсионной страховки и определенным образом — в государствен-

ной фирме.Оно затормозило конкуренцию в торговле аннуитетом

и развитие пенсионных программ.Оно породило огромную бюро-

кратию,которая обнаруживает тенденцию к еще большему расши-

рению и к вмешательству во всё новые области нашей жизни.И все

это ради того, чтобы избежать угрозы превращения немногих лю-

дей в иждивенцев общества.