Боевой конь, верный товарищ рыцаря, теперь тоже почти полностью был скрыт броней. Чтобы нести его на себе, да еще и столь же тяжело вооруженного всадника, от коня требовались, конечно, особая сила и выносливость.

Наголовник или налобник для скакуна обычно выковывался из цельного листа металла и закрывал ему лоб. В нем были большие отверстия для глаз с выпуклыми краями, закрытые железными решетками.

Шею коня закрывал нашейник. Он составлялся из поперечных чешуек-полосок и больше всего напоминал... хвост рака. Такой доспех полностью закрывал под собой гриву и прикреплялся к налобнику с помощью металлической задвижки.

Был предусмотрен и специальный нагрудник. Составленный из нескольких широких поперечных полос, он смыкался с нашейником и кроме груди защищал верхнюю часть передних ног. Бока коня прикрывали два цельных стальных листа, соединенных верхними вогнутыми краями. Боковые части доспеха тесно смыкались с нагрудником.

Сзади конь тоже защищался от возможных ударов очень широкой и выпуклой броней, выкованной из цельных листов или же собранной из отдельных узких полос. Чтобы такой доспех крепко держался на месте и не вредил коню, под него подкладывали специальную опорную основу, сколоченную из дерева и обитую тканью или кожей, или целиком сделанную из китового уса.

Седла на таких доспехах были большими, массивными, с широкой щитообразной передней лукой, которая надежно закрывала бедра всадника, и с высокой спинкой. Ремни узды и поводья были очень широкими, с густо наклепанными на них металлическими бляхами, которые служили как для украшения, так и для дополнительной защиты от рубящих ударов меча.

На торжественных парадах, турнирах или каких-нибудь других торжествах боевых рыцарских коней покрывали сверх брони роскошными, богато расшитыми попонами, которые могли вдобавок к этому и еще как-нибудь украшаться.

Здесь поистине не было предела фантазии. Как свидетельствуют современники, в 1461 году при торжественном въезде Людовика XI в Париж для коронования, кони его рыцарской свиты были покрыты частью парчевыми, частью бархатными попонами, спускавшимися до самой земли и сплошь унизанными маленькими серебряными колокольчиками. А один из приближенных королю рыцарей по имени Ла Рош, желая особенно выделиться, обвешал попону своего коня колоколами размером с человеческую голову, отчего, как пишет очевидец, «происходил ужасающий звон».