Ричарду тем временем на пути к Акре предстояло еще одно приключение. В начале мая 1191 года он высадился на остров Кипр.

В ту пору островом правил Исаак Комнин, родственник византийской правящей династии, провозгласивший себя независимым владыкой. Однако Комнин заключил союз с Саладином, и кипрские корабли нападали на те суда, что везли с Запада на Восток припасы, снаряжение. Немало европейцев, плывших на этих кораблях, византиец продал в рабство, — словом, были веские причины для того, чтобы раз и навсегда положить этому конец.

Для нападения на Кипр нашелся и еще один серьезный повод: Исаак Комнин захватил флагманский корабль из флотилии Ричарда, на котором находилась его жена Беренгария. Когда английский король потребовал вернуть пленников, то получил насмешливый отказ. После этого, как записал хронист, Ричард I сказал своим воинам: «Вооружайтесь!»

Король-рыцарь, следуя своей натуре, быстро увлекся войной на Кипре. Остров был отличным плацдармом для генеральной репетиции предстоящей войны в Палестине. Действия крестоносцев на Кипре во многом, правда, облегчались тем, что местные жители ненавидели Исаака Комнина, как жестокого вымогателя. Крепости и замки зачастую сдавались без боя, гарнизоны добровольно переходили «под защиту английского короля», для Ричарда I и его рыцарей устраивались в них роскошные приемы.

Однако и добыча была немалой. Так, скажем, преследуя Исаака Комнина, спасающегося бегством, крестоносцы однажды «взяли прекрасную посуду, золотую и серебряную, которую император оставил в своей палатке, его панцирь и кровать, пурпуровые и шелковые ткани, коней и мулов, нагруженных точно на рынок, шлемы, панцири, мечи, брошенные греками, быков, коров, свиней, коз, овец и баранов, ягнят, кобылиц и славных жеребят, петухов и кур, каплунов, ослов, нагруженных изрядно вышитыми подушками, скакунов, которые были лучше наших усталых коней».

В другой раз, в замке, отбитом у «греческих капитанов», башни были «полными сокровищ и запасов: горшков, котлов, серебряных мисок, золотых чаш и блюд, застежек, седел, драгоценных камней, полезных на случай болезни, алых шелковых тканей... Все это завоевал английский король, чтобы употребить на службу Богу и на освобождение его земли...»

Победа короля Ричарда на Кипре была полной и безусловной. Когда пали одна за другой все крепости острова, и даже дочь императора попала в плен крестоносцам, Комнин, «покинутый всеми своими людьми», явился к Ричарду, чтобы сдаться на его милость, и молил только об одном: чтобы из уважения к его сану не заключали его ни в железные цепи, ни в веревочные узы. Ричард дал слово и повелел заковать бывшего владыку острова... в серебряные оковы.

После Ричарда I христиане владели Кипром еще целых четыре века. Здесь царствовала династия Лузиньянов — потомков последнего короля иерусалимского, который уже так никогда и не вернул себе священный город.

Покидая Кипр и направляясь к Акре, король Ричард напоследок позаботился еще о том, чтобы с острова постоянно поступали к христианскому войску припасы. Для этого он оставил здесь людей, «которые понимали военное дело, чтобы они посылали продукты: жито, пшеницу, баранов, быков, всем, чем так богат остров».

Теперь Ричард спешил: прошел слух, что Филипп II собирается штурмовать Акру, не дожигаясь подмоги. Наконец на горизонте стали расти Ливанские горы, а потом стали различимы и замки, византийские и построенные христианами, и цветущие прибрежные города.

Пришел час, и Ричард увидел с моря Акру — город, к которому он так стремился, захваченный несколько десятков лет назад христианами и потерянный ими, — город, который теперь предстояло вторично взять и изгнать из него «неверных» теперь уже на веки вечные.